Нью-Йорк конца семидесятых встречает семнадцатилетнюю девушку из Филадельфии без денег и связей. Джиа Каранджи приходит в модельное агентство с дерзостью которая либо открывает двери либо захлопывает их навсегда. Ее лицо слишком неправильное для классических стандартов но камера влюбляется в эту угловатость. Агент Вильгельмина видит в ней что-то первобытное. За несколько месяцев провинциальная девчонка становится самой высокооплачиваемой моделью Америки. Обложки сыплются как конфетти но внутри нарастает пустота которую не заполнить вниманием фотографов.
Отношения с визажисткой Линдой дают иллюзию близости в мире где люди меняются как декорации. Джиа ищет материнское тепло в женщине которая пытается удержать ее от саморазрушения. Наркотики появляются не как выбор а как единственный способ заглушить страх перед зеркалом. Съемки срываются. Руки покрываются следами от игл которые уже невозможно скрыть гримом. Индустрия выплевывает тех кто не умеет притворяться целым. К двадцати шести годам имя которое кричали на подиумах превращается в неудобное воспоминание. СПИД тогда еще называли чумой геев и наркоманов. Больничная палата становится последней съемочной площадкой.